Блоги

5 русских красавиц, оставшихся в вечности

Алексей Беляков рассказывает о пяти красавицах, которые остались в нашей памяти благодаря шедеврам известных художников.

реклама
AD
"Портрет Марии Лопухиной". Владимир Боровиковский
Здесь ей всего восемнадцать. За таинственную полуулыбку портрет называли "русской Джокондой". Он стал свадебным подарком: будущий муж заказал его самому модному художнику конца 18-го века, Боровиковскому. Сплетничали, что сорокалетний художник влюбился в модель, потому и создал шедевр. Девичья фамилия Марии – Толстая. Из большой семьи больше всего прославится ее младший брат, Федор: дуэлянт, картежник и скандалист. Он отправится в первое русское кругосветное путешествие, изведет капитана Крузенштерна дурацкими проделками, и тот высадит бузотера на Камчатке. Откуда Федор еще устремится в Америку, где поживет среди местного племени и с индейскими татуировками на теле вернется в Петербург. Именно у дочери Федора портрет потом будет долго храниться. Но Мария всего этого не узнает, не увидит и двоюродного племянника Льва, будущего писателя. Она умрет в 23 года от чахотки. Оставив навечно эту загадочную улыбку.
  • "Красавица". Борис Кустодиев
1914 год. Кустодиев ищет модель, воплощение всего русского – пышную, сияющую, чуть застенчивую. И нашел – на сцене МХАТа, где работал с художниками-декораторами. Актрисе было двадцать лет и звали ее Фаина Шевченко. Любительница пирожных, хохотушка с чарующим голосом. Когда пела романсы – сам Шаляпин замирал от восторга. Сперва она опешила от предложения позировать голой, а потом согласилась: все-таки Кустодиев, уже классик. Фаина потом проживет огромную жизнь, станет Народной артисткой СССР и лауреатом двух Сталинских премий. А Кустодиев в 1919 году по просьбе Шаляпина сделал другую версию "Красавицы", со спины: уж очень хотелось тому в эмиграции хотя бы так любоваться Фаиной. Десять лет назад эта картина была выставлена на Sotheby’s и ушла за полтора миллиона долларов.
"Портрет княгини Юсуповой". Валентин Серов
В 1902 году Зинаиде сорок с небольшим. Блестящая светская красавица, единственная наследница знатной фамилии, одной из богатейших в России. Муж ее, граф Сумароков-Эльстон, был человек тихий, но затеям любимой жены не препятствовал, тем более что на приемы к ним в дом на Мойке являлись члены императорской фамилии. И, конечно, свой портрет в расцвете славы и красоты она заказала самому модному художнику начала 20-го века, Серову. В искусстве Зинаида знала толк: пожертвовала 50 тысяч на создание Греко-римского зала в новом Музее изящных искусств – который теперь имени Пушкина. 
Через шесть лет на дуэли погибнет ее старший сын, а потом младший, Феликс, навечно войдет в историю убийством Распутина. Кстати, мать Феликс боготворил и в эмиграции будет о ней трогательно заботиться. Спасибо Феликсу – он оставил в мемуарах и рецепт маминого чудесного лосьона: лимонный сок, белок и водка. Уверял, что благодаря ему ее лицо сияло и в 70 лет. Наверняка она его употребляла перед сеансами у Серова. 
  • "Неизвестная". Иван Крамской
В 1883 году Крамской показал ее на выставке передвижников. Это был фурор, скандал! Одета модно, взгляд надменный, куда-то катит по Невскому, позади виднеется Аничков дворец. Актриса? Не было таких актрис в Петербурге. А что такая нарядная и самодовольная? Содержанка! Сам Крамской пожимал плечами: сказано же – Неизвестная! Романтические современники выдвинули версию: это зашифрованное посвящение жене художника, Софье. Нет, она совсем не была похожа на эту даму, но судьба у нее была как у героини романа. Любила одного повесу, жила с ним в гражданском браке, а тот все обещал развестись с опостылевшей женой и повести Софью под венец. Обманул, скрылся за границей. Софья осталась мало того, что без денег, еще и с репутацией содержанки. И тут с ней познакомился благородный Крамской, репутация девушки его не волновала. Они поженились в 1862 году и прожили вместе огромную жизнь. Кто-то считал, что Неизвестная похожа чертами на дочь художника, которую тоже назвали Софьей.
А картина стала чуть ли не самым любимым произведением наших женщин, ее репродукции висели в каждой поликлинике. Но кого именно Крамской изобразил – так и осталось тайной.
"За туалетом". Зинаида Серебрякова
Да, это "селфи". Девушка запечатлела себя перед зеркалом в ходе бьюти-процедуры. Но интересно другое. Благодаря этому полотну юная красотка Серебрякова прославилась. Еще бы: от лукавых глаз невозможно оторваться. В 1910 году Зинаида продемонстрировала автопортрет на большой выставке объединения "Мир искусства". Попасть в элитную компанию Зинаиде, в принципе, было несложно: она из рода Бенуа и Лансере, художников, архитекторов, скульпторов. Но девушка оказалась чертовски талантливой и, кстати, независимой. Могла бы оставить девичью фамилию Лансере, но взяла фамилию мужа, железнодорожного инженера. Серебрякова дожила до глубокой старости, и те, кто встречался с ней в Париже 1960-х, утверждали, что глаза у этой старушки оставались такими же, как на том давнем портрете.
реклама
AD