Glamourama

«Cогласившись на роль Мерил Стрип в молодости, я вырыла себе могилу, но от таких могил не отказываются­»: Лили Джеймс

Пока журналисты называют восходящую звезду Лили Джеймс английской розой, сама она мечтает о роли отъявленной рок-звезды и закаляется на хитах ABBA в фильме «Mamma Mia! 2» (12+, с 16 августа). Да-да, в том самом голубом комбинезоне.

реклама
AD

Лили Джеймс — новая Мерил Стрип. Это не столько комплимент, сколько факт: в сиквеле «Mamma Mia!» она играет героиню Мерил в молодости. Со всеми вытекающими последствиями вроде нетленок ABBA, прыжков на матрасе и джинсовых комбинезонов. «Да разве нашлась бы другая сумасшедшая, которая согласилась бы на это?» — Лили смеется и закатывает глаза. Она признается, что живет как на иголках с тех пор, как ее утвердили на роль. «Но надо быть идиоткой, чтобы упустить подобную возможность». Во-первых, Лили — фанатка оригинального мюзикла, благо ее друзья по драматической школе Guildhall играли Софию и Скай. «Во-вторых, я подумала: а будет ли у меня другой шанс близко познакомиться с Мерил?» Чтобы подготовиться, Лили неделями смотрела фильмы с 20-летней Стрип. «Правда, постоянно приходилось напоминать себе, что я играю молодую Донну, а не Мерил. Чему я в итоге научилась? Тому, что невозможно повторить Мерил Стрип. Она уникальна. Боюсь, мне теперь достанется и от критиков, и от зрителей­».

Лили производит двоякое впечатление. С одной стороны — серьезная и до ужаса самокритичная, с другой — юная звезда, которая не боится быть откровенной и шутить по любому поводу. А еще она постоянно забывает названия фильмов. Среди ее перлов — «Проклятый человек и опасные звери». «Ну ты же знаешь этот фильм, с Эдди Редмейном?..» — хмурится актриса и вопросительно заглядывает в глаза. А, ну конечно. «Фантастические твари и где они обитают». Настоящая фамилия Лили — Томсон, а сценический псевдоним она взяла в память об отце — певце Джеймсе Томсоне. Он умер от рака, когда Лили исполнилось 19. Семья с самого начала поддерживала ее актерские амбиции, и это неудивительно. Бабушка Лили — американская актриса Хелен Хортон, которая много играла на британском ТВ в ­1970-е, а еще прославилась тем, что подарила голос «Маме» — бортовому компьютеру космического корабля в «Чужом». Однако главный человек, которого мы должны благодарить за то, что видим Лили на экране, — все-таки ее отец. «У мамы хранится домашнее видео, где я играю Крысолова: на мне смешная кепка, я пытаюсь хромать. Какая экспрессия! Ни до, ни после я не выдавала подобной игры! А потом выходит папа, травит байки — он знал миллион смешных историй и умел их рассказывать. Я перебиваю, пытаюсь вклиниться. Сейчас думаю: как здорово, что мы с ним успели вот так пообщаться. И что у нас были общие интересы. Я в него».

«Cогласившись на роль «Мерил Стрип в молодости», я вырыла себе могилу. Но от таких могил не отказываются­».

С бойфрендом у Лили тоже общие профессиональные интересы. С Мэттом Смитом она начала встречаться на съемках пародийного хоррора «Гордость и предубеждение и зомби». Лили рада,что знает как минимум одного хорошего парня в мире шоу-бизнеса — особенно­ после всех этих скандалов с домогательствами. Харви Вайнштейн значится в списке продюсеров нашумевшей экранизации «Войны и мира», где Джеймс сыграла Наташу Ростову. По словам Лили, они сталкивались всего пару раз, но эта история «противна ей до тошноты». С другим фигурантом «харассмент-гейта», Кевином Спейси, Джеймс знакома ближе — они вместе снимались в «Малыше на драйве». Лили уверена: разразись скандал на несколько месяцев раньше, фильм запросто похоронили бы на полке. «Очень часто из-за чужих действий страдают люди, которые ни в чем не виноваты. Это и обидно. Режиссер «Малыша» Эдгар Райт задумал фильм лет двадцать назад, но только сейчас смог воплотить идею в жизнь. Как бы он себя чувствовал?»

В родной Британии Лили знают не только по фильмам и сериалам — свой путь она начала в театре. «Здесь нужны интересные типажи, а не одинаковые скучные лица. Поэтому молодым актерам в сто раз проще найти интересный материал на сцене, а не в кино». На счету Джеймс роль Нины Заречной в «Чайке» в Southwark Playhouse, а также участие в двойной постановке Мартина Кримпа Play House/Definitely the Bahamas в театре Orange Tree. Собственно, после этих спектаклей ее наперебой хвалили критики и о ней услышали кинорежиссеры. Вскоре Лили штурмом взяла телевидение — ее утвердили на роль леди Роуз Элд­ридж в «Аббатстве Даунтон». Несмотря на успех, Джеймс признается, что боится навеки застрять в образе «английской розы» и берет пример с Кейт Уинслет, которую считает гениальной. В юности Кейт регулярно получала написанные будто под копирку сценарии костюмированных драм. «Но она умудрялась играть не только в фильмах по Джейн Остин, но и в «Небесных со­зданиях». Это Лили вспоминает подзабытый психологический триллер Питера Джексона, в котором Кейт предстает в образе школьницы-убийцы. Точно не «английская роза»!

«В Кейт Уинслет тоже сначала видели только романтическую героиню. Но она показала, на что способна».

А как насчет байопиков? Лили говорит, что хотела бы сыграть Дженис Джоплин. «Правда, сейчас уже делают фильм без меня. Кажется, с Эми Адамс. Или Мишель Уильямс». Лили снова все путает — речь идет о двух разных лентах. Адамс в конце концов отказалась от роли рок-иконы 1970-х, и судьба проекта под большим вопросом. Зато картину с Мишель вот-вот начнут снимать. «После того как мне пришлось петь в «Mamma Mia!», я поняла, что хочу сыграть певицу. Но если с Дженис не получится, вроде бы уже есть сценарий о Дасти Спрингфилд. ­Может, это мой шанс!»

К слову, Лили приходилось петь в ­кадре и раньше — в фильме «Золушка». «О, это не считается! Я способна на большее!» — кажется, эти слова не только о  пении, но и обо всей ее ­карьере. ­Лили уже многое сделала. Но может еще больше­.

реклама
AD