Glamourama

«Моя жизнь не идеальна, как и я сама»: Блейк Лайвли

У Блейк Лайвли есть все, что нужно, чтобы называться совершенством, но она от этого статуса открещивается. Муж-красавец, умницы-дочки и вал работы в Голливуде — это, конечно, замечательно. Но самое прекрасное в жизни — это ее многогранность и необъятность. Которую актриса с явным удовольствием исследует.

реклама
AD

«Только вы, пожалуйста, не пишите, что у меня идеальная жизнь. Она не идеальна. Как и я сама», — мы с Блейк Лайвли сидим в ресторане фешенебельного ­отеля в самом сердце Ванкувера, и я силюсь найти в ней хоть один недостаток. «Так, подождите, — Блейк прерывается на полуслове и лезет рукой в свою рубашку. — Что-то не так с моим бюстгальтером... Боже, какой он жесткий... А, здесь складка, надо ее расправить, — она ухмыляется и добавляет: — Сейчас все подумают, что я сама­ себя лапаю».

Жесткий бюстгальтер нужен Блейк не для красоты — актриса кормит грудью младшую дочурку Инес. На самом деле, если опустить эпизод с лифчиком, можно подумать, что Лайвли совсем не изменилась со времен «Сплетницы», — сидит такая непринужденная, просто воздушная, в потертых голубых джинсах и за обе щеки уплетает севиче. Но это не так. 25 августа Блейк исполняется тридцать. Она замужем за своим «лучшим другом» Райаном Рейнольдсом. У них две прекрасные дочки — Инес в сентябре исполняется год, старшей, Джеймс, в декабре будет три. Лайвли уже давно вышла из образа «Королевы Эс». Она сыграла наркозависимую мать-одиночку в криминальной драме Бена Аффлека «Город воров», разведенную женщину 1930-х в «Светской жизни» Вуди Аллена, героиню, в бувальном смысле пережившую столетие, в драме «Век Адалин». И новое пополнение в портфолио — слепая девушка, к которой возвращается зрение, и она совершенно иначе начинает смотреть на свой брак, в фильме «Вижу лишь тебя» (в прокате с 21 сентября, 18+).

Вы надолго в Ванкувер?

Мой муж снимается здесь во втором «Дэдпуле», так что — пока не закончатся съемки. Мы с ним никогда не работаем одновременно. Сейчас — его очередь. А когда он закончит, мы соберем пожитки и поедем на мои съемки.

Интересно. У вас ведь у обоих блестящая карьера. Наверное, без дипломатии в браке не ­обходится.

Я, конечно, восхищаюсь людьми, которые могут раствориться в работе и искусстве, которые находят в этом свое главное вдохновение. Но для нас с Райаном семья важнее всего, остальное отходит на второй план. Да, мы оба порой отказываемся от интересных проектов, чтобы наши съемки не пересекались. Но я не бездельничаю, я уже нашла новый проект, отличный сценарий — и могу поработать над ним. Я уже сейчас знаю, что буду в этом фильме сниматься и когда это будет происходить. Так что у нас все спланировано.

Вы, наверное, говорите о фильме «Тайна моего мужа» (выйдет в 2018 году. — Прим. ред.). Вы ведь не только играете главную роль, но еще и продюсируете его. Чем он вас так заинтересовал?

В центре сюжета — группа женщин. Сильных, но при этом несовершенных. По-моему, большинство так называемых сложных женщин на экране — какие-то черно-белые. Либо злодейки, либо супер­героини. Это не имеет ничего общего с реальной жизнью. У всех нас есть светлые и темные стороны и множество оттенков между ними.

Риз Уизерспун сказала, что женщины смогут достичь равенства в индустрии, только если будут продюсировать собственные проекты. Вы согласны с этим?

Думаю, это сильно поможет. Никто не будет бороться за тебя так же сильно, как ты сам. При этом я знаю огромное количество потрясающих мужчин — режиссеров, продюсеров, директоров студий, — которые хотят рассказывать истории о женщинах. Одни — потому что их тянет к таким историям. Другие — потому что они мужья или отцы и хотят видеть женщин на экране такими, какие они есть в реальной жизни. А некоторых просто волнует рейтинг. Они увидели, что «Чудо-­женщина» стала хитом, и сразу: «О, может, нам стоит инвестировать в женские супер­геройские боевики?»

Давайте поговорим о фильме «Вижу лишь тебя». Это довольно душераздирающая картина о сложных отноше­ниях супругов.

Да, это любовная история на грани с одержимостью. Моя героиня Джина — незрячая. Ее муж совсем не против того, что она может полагаться только на него. Это фильм про созависимость и переломный момент (когда к моей героине возвращается зрение). Это настоящее исследование ­человеческих отношений.

«Я знаю, что должна следить за дочерьми, слушать их и не проецировать на них собственную неуверенность и внутренние конфликты».

У вас две дочери. Чему бы вы хотели их научить?

Сара Сильверман сказала потрясающую вещь: «Перестаньте говорить маленьким девочкам, что они могут делать все, что захотят. Они уже в курсе». Мы все с рождения чувствуем себя прекрасными, но ровно до тех пор, пока кто-то не начнет доказывать нам обратное. Нет ничего, чему бы я могла научить свою старшую дочь. У нее уже все есть. Единственное, что я могу делать, это защищать ее. Как? Понятия не имею, но время покажет.

Давайте вернемся к идеальной жизни. Почему вы не хотите, чтобы мы это писали. Разве это не так?

Просто это ужасное упрощение. Все люди — сложные, многогранные. И жизни у нас такие же. А журналисты часто загоняют нас в шаблоны. «У нее прекрасная жизнь» или «Ее жизнь рушится». Они как будто вписывают нас в сценарии. Ничего настоящего в этом нет.

А вы вообще любите давать интервью?

Я перед ними волнуюсь, пытаюсь предугадать, какие будут вопросы — как раз из-за того, что не хочу быть частью чьей-то выдуманной истории. Еще мы с мужем очень ­застенчивые ­люди. Нам гораздо легче проявить себя во время актерской игры, когда мы прячемся за своими ролями. То есть нам сложно выворачивать себя наизнанку перед незнакомыми людьми — это ведь и есть интервью, как минимум отчасти.

Тогда давайте поговорим про ваши реальные истории. Например, твиты Райана о детях просто изумительны. ­Вроде этого: «Моя дочка обожает диснеевские фильмы. Она любит, как все они поют, танцуют, и особенно ту часть, где кто-то умирает».

(Смеется.) О, он мог бы работать в желтой прессе. На самом деле это все абсолютные выдумки. Иногда он придумывает их только для того, чтобы рассмешить меня... Черт, я так люблю его, когда он пишет эту ерунду. Конечно, я люблю его большую часть времени, но особенно когда он шутит.

Большую? То есть не все время­?

Я так сказала, потому что, если скажу «Я люблю его каждую секунду», вы справедливо начнете закатывать глаза. Опять эта история про идеалы и прекрасную жизнь. Можно сказать, я включила защитный ­механизм.

А как вы решаете конфликты в браке?

В моих предыдущих отношениях, если что-то случалось, я звонила подругам или сестре и говорила: «Вот что он натворил, что мне с этим делать?» А с Райаном мы дружили два года до того, как начать ­встречаться. Я отношусь к нему как к ­лучшему другу и просто говорю: «Эй, вот это расстроило меня. Что мне делать?» И он разговаривает со мной так же.

И последний вопрос (конец страданиям!). У вас есть какой-то девиз по жизни?

«И это пройдет». Как напоминание: если что-то сейчас причиняет боль, оно пройдет. А если происходит что-то чудесное, осознание того, что и оно пройдет, позволяет еще крепче держаться за момент. И наслаждаться им.

реклама
AD