Glamourama

«Не вижу никакого резона в публичном обнажении»: интервью с «Актрисой года» Светланой Ходченковой

В этом году Светлана Ходченкова окончательно распрощалась с прилипшим к ней амплуа лирической героини: сыграла социопатку, нимфоманку и революционерку. Нет, не одновременно – хотя и с такой задачей она бы наверняка легко справилась.

реклама
AD

Жакет, брюки, все Ermanno Scervino; бюстгальтер, Incanto; часы, кольцо, все Bulgari.

В жизни вы ведь совсем не провокатор: ни откровенных обложек в мужском глянце, ни эпатажа в инстаграме.

Не вижу никакого резона в публичном обнажении и в прямом, и в переносном смысле: не люблю без повода говорить о своем внутреннем мире и не думаю, что должна нести какие-то идеи в массы.

Вы закрытый человек?

В комфортной для себя среде — нет. На самом деле со мной не так сложно подружиться.

Чем вас можно зацепить?

Обожаю людей с чувством юмора. Сама люблю шутить — и все мои друзья такие же. Поэтому с теми, кто слишком серьезно к себе относится, мне сложно и как-то грустновато.

На работе друзей заводите?

Да, и часто. Когда-то я верила в стереотип, что самые надежные друзья появляются в детстве — и сопровождают тебя всю жизнь. Но сейчас все чаще убеждаюсь: близких людей можно найти и после 30 лет, причем даже среди коллег-актрис.

Почему «даже»?

Принято считать, что у актеров бесконечная какая-то гонка, конкуренция, козни. А это не так — мы дружим. Даже когда пробуемся на одну и ту же роль, не соперничаем, а поддерживаем друг друга, обсуждаем все, смеемся, шутим.

В вашей жизни все еще есть кастинги? Кажется, актриса такого уровня может уже сама выбирать и картины, и режиссеров.

Есть — и пробы, и кастинги. Более того, даже когда приглашают конкретно меня на определенный проект, я все равно настаиваю на пробах: есть перспектива работы с режиссером на протяжении нескольких месяцев, поэтому мне важно понять, что это за человек, комфортно ли мне с ним будет. То же самое и с партнером.

Влюбиться в партнера можете?

Может и такое случиться. Правда. Потому что ты очень много времени проводишь с этим человеком — съемочный день длится 12 часов и более. Если вы к тому же играете любовь, он к тебе прикасается, смотрит в глаза, совсем несложно поверить в то, что чувство настоящее.

«В начале актерской карьеры один невролог посоветовал мне поберечь психику и уйти из профессии. Хорошо, что я его тогда не послушалась».

Это хорошо или плохо?

Не могу сказать, что это прямо плохо. По-моему, актер должен быть влюблен постоянно, чтобы душа парила, чтобы бесконечные бабочки в животе, тогда мы и созидать начинаем иначе, появляется особая магия.

После своего первого фильма «Благословите женщину» вы рассказывали, что было страшно сниматься в ню-сценах. Страх преодолен?

Хм, что-то не могу вспомнить, когда же я в последний раз оголялась в кадре...

А как же клип «Экстаз» группы «Ленинград»?

Так там мы в белье! Просто снято настолько здорово, что это не очевидно. Но вообще я сейчас просто к подобным сценам отношусь: если нужно раздеться и это художественно оправданно — нет проблем.

Кастинг на роль в «Экстазе» тоже был?

Нет, просто режиссер Анна Пармас прислала мне сценарий, и я сразу загорелась этой историей.

Есть ощущение, что на подобных хулиганских проектах — «Краткий курс счастливой жизни», «Вы все меня бесите», клип «Ленинграда» — вы на самом деле отрываетесь.

Так оно и есть. У меня часто случаются моменты в жизни, когда хочется какого-то драйва, хочется похулиганить, и здорово, что всю эту энергию можно направить в творческое русло.

А когда настрой меланхолический — снимаетесь в драмах?

На самом деле да. Нужно поплакать? Выбираю картину, где можно оторваться в этом смысле. Мы же — актеры — за счет этого еще и успокаиваемся. Отрефлексируешь, а потом идешь на проекты, которые тебя наполняют снова, как, например, сериал «Хождение по мукам» либо драма «Довлатов» — мои недавние работы. Так и живем, и от этого еще интереснее: мне нравится бросать себя из одной крайности в другую.

Новый год на носу. Оказавшись перед живым Дедом Морозом, что у него попросите?

Порой я бываю очень инфантильной, в тридцать с лишним лет это уже неправильно. По-этому попросила бы чуть-чуть мудрости.

Чуть-чуть?

Слишком много мне не надо — переборщить в этом смысле тоже опасно.

реклама
AD