Glamourama

Секреты красоты Наоми Уоттс

Сегодня актрисе Наоми Уоттс исполняется 46 лет. Как знаменитости удается совмещать выходы на красную дорожки, съемки в новых проектах и личную жизнь — об этом она рассказала в интервью Allure. 

реклама
AD
Роли, по которым нам запомнилась Наоми Уоттс, не сильно отличаются друг от друга. Причина не в том, что за ней закрепилось определенное амплуа и режиссеры не видят ее в другом качестве. Просто ей удается то, что многим из ее коллег не по силам, – играть обычных женщин, оказавшихся волею судеб в необычных драматических обстоятельствах. В фильме «21 грамм» ее героиня – бывшая наркоманка, которая, едва вернувшись к нормальной жизни, теряет мужа и детей в автокатастрофе. В картине «Невозможное» Наоми изображает женщину, пережившую цунами. За обе роли Уоттс была номинирована на «Оскара». 
Важным событием в карьере Уоттс стал образ принцессы в драме «Диана». Не выбивается ли эта роль из ряда привычных для актрисы? «Нисколько, – говорит Наоми. – Конечно, Диану нельзя назвать обычной женщиной, она всегда принадлежала к кругу избранных, но оказалась в центре событий, к которым нельзя подготовиться. Мне хотелось передать ее внутреннее ощущение загнанности, полной изоляции и невозможности справиться с ситуацией». Интересно, как отнеслась бы к съемкам этого фильма сама Диана, которой так не хватало личного пространства? Уоттс отвечает не сразу: «Думаю, что к медийной стороне жизни она испытывала смешанные чувства. Это была любовь-ненависть. В этом смысле она мне очень близка. Что же до фильма, то жизнь Дианы давно просилась на экран».
Фильм приоткрывает завесу над малоизвестным этапом жизни Дианы – ее романом с пакистанским кардиохирургом Хаснатом Ханом, которого играет Нэвин Эндрюс. Действие происходит в 1995 году, за два года до гибели принцессы. Если верить показаниям свидетелей, опрошенных в ходе расследования трагической автокатастрофы под мостом Альма, Диана хотела выйти за Хасната замуж. В одном из последних номеров журнала Vanity Fair опубликована статья, в которой Пол Баррел, бывший дворецкий принцессы, признается, что передавал от нее доктору записки. 
Надо сказать, что Уоттс не сразу cогласилась на роль. Она понимала, на что себя обрекает. «Я знала, что все сразу начнут говорить: у нее совсем не такой нос. И голос. Я заранее испугалась этих сравнений и сказала «нет». Но, отказавшись, продолжала переживать. И успокоилась, только когда приняла решение: «Я сделаю это». Уоттс делает глоток воды и переводит дыхание. 

В кино она всегда производит впечатление сильной женщины, но в жизни она – трепетная и чуткая.

Во время интервью ведет себя подчерк­нуто вежливо, заказывает два бокала воды (один для меня) и настаивает на том, чтобы оплатить счет. Незадолго до нашей встречи у нее была еще одна – за тем же столиком. Глядя на нее, я ловлю себя на мысли, что актрису явно недооценивают. В этой женщине, которая сидит напротив в полосатой футболке, джинсах и с минимумом косметики на лице, есть что-то очень притягательное. Она говорит с легким австралийским акцентом, мягко и тихо, вынуждая собеседника наклоняться ближе. Смотрит в глаза. Лишь иногда отводит взгляд в сторону, когда задумывается над вопросом. Не отвлекается. И даже когда приходят эсэмэс, быстро возвращается к разговору: «Секунду. Это Лив. Пишет, что забрал детей. Продолжаем».
Способность разглядеть главное и сосредоточиться на этом помогла Наоми найти ключ к образу Дианы. Уоттс уверена: зеркало души леди Ди – ее глаза. «Они выражали силу и нежность». Уоттс научилась точно имитировать улыбку принцессы, ее голос (актрисе пришлось поработать с педагогом по речи), но в какой-то момент поняла, что не должна себя укладывать в прокрустово ложе копирования. «Это не документальный фильм, в конце концов. Моей задачей было предложить свою интерпретацию образа Дианы». Работая над ролью, Наоми вдруг увидела принцессу другой. «Она относилась к той категории людей, с которыми хочется проводить как можно больше времени. Прекрасное чувство юмора и мятежный дух – очень привлекательное для меня сочетание черт характера».
При желании можно провести параллели между судьбами актрисы и принцессы – хотя бы потому, что обе они вызывают повышенный интерес публики. Правда, если отношения Дианы со славой были постоянной борьбой за личное пространство, то Наоми в свои уже сорок шесть может позволить себе наслаждаться относительной свободой. Актриса не так давно вернулась в Нью-Йорк из Лос-Анджелеса, куда они с мужем Ливом Шрайбером и двумя сыновьями Сашей и Каем перебрались на время съемок Лива в телесериале «Рэй Донован». «Конечно, наша семья привлекает внимание, – говорит Уоттс. – Но градус этого внимания не обжигает. Жить можно». 
Лив стал «жертвой ее преследований» в 2005-м, во время ежегодного Бала Института костюма в Метрополитен-музее. «Я сама не ожидала от себя такого напора, – признается Уоттс, которая впервые встретила Лива несколькими годами ранее. – Обычно я жду, когда мужчина сделает первый шаг, но он всё не делал. А на балу и вовсе встал и сказал, что собирается откланяться. В этот момент я поняла, что если ничего не предпринять, то еще несколько лет пройдут впустую. Он мне безумно нравился и как актер, и как человек. Что мне было делать? Я нахально встала у него на пути. «У меня есть цифры, которые могут вас заинтересовать», – сказала я. Не могла же я его спросить: «Не запишешь мой телефонный номер?» Он рассмеялся. Через пять минут я получила от него эсэмэс: «Не пойти ли нам выпить что-нибудь прямо сейчас?» 

Я ответила: «Нет, встретимся утром – за завтраком».

Уоттс улыбается. Ей приятно вспоминать об этом эпизоде, как об удачно сыгранной роли. Прошло не так много времени с момента знакомства, и невинный флирт перерос в серьезное наступ­ление с ее стороны. Наоми должна была отправиться в Китай, на съемки фильма «Разрисованная вуаль», и сделала так, что Лив поехал с ней. В журнале New York Шрайбер недавно в шутку признался: «Она заставила их дать мне роль». Но Уоттс с этим категорически не согласна: «Он получил ее сам. Начнем с того, что он отказался от этой роли и мне пришлось его уговаривать принять предложение. Я не могла его не уговорить. Мне надо было его видеть». 
Уоттс всегда добивается поставленных целей. Она родилась в английском Шорэме и была младшей из двоих детей (ее брат Бен стал известным фотографом). Отец Наоми Питер был звукорежиссером группы Pink Floyd, а мать Майфэнви (Мив) – актрисой. Дочь пошла по ее стопам и с раннего детства выходила на сцену местного театра, где играла Мив. Наоми было семь, когда умер ее отец, а в четырнадцать она вместе с семьей переехала в Австралию.
В Сиднее во время проб для телерекламы Уоттс встретила Николь Кидман. Карьера Кидман в то время шла в гору, Уоттс не могла похвастать тем же, но это не помешало актрисам по­дружиться. Прорыв случился гораздо позже, когда Наоми было уже тридцать два. Фильм «Малхолланд драйв», где она сыграла роли Бетти и Дианы, критики хвалили на все лады. Правда, слава была несколько скандальной – помимо того, что Уоттс по сценарию должна была мастурбировать в кадре, ей пришлось еще и сняться топлес в любовной сцене с партнершей по фильму Лорой Харринг. 
«Я вдруг поняла, что попала в зону видимости, – вспоминает актриса. – Мне без остановки звонили агенты, заваливая предложениями». Запеленговав Наоми, американский кинорадар не терял ее из виду в течение следующих десяти лет. 
У большинства актрис есть одна «роль всей жизни». Уоттс повезло больше. Каждая ее роль – событие. Она не согласна с распространенным мнением, что актриса за сорок должна уйти в тень. «Женщина к сорока годам накап­ливает определенный жизненный опыт. Работа дает возможность поделиться этим опытом, раскрыться. Роли, которые я играю в последнее время, глубже и интереснее, чем те, что я играла раньше».
Недавно Наоми встретилась с Робин Райт на съемках фильма «Тайное влечение». По сценарию две подруги детства увлекаются взрослыми сыновьями друг друга. Сейчас она снимается в картине «Святой Винсент де Ван Найс» вместе с Биллом Мюрреем. «Моя героиня беременна и продолжает танцевать стриптиз, – говорит актриса. – Чтобы понять ее, я «внедрилась» в обычный стрип-клуб. Поверьте, это совсем не Лас-Вегас. Все очень прозаично».
Время, отведенное на интервью, заканчивается. Наоми пора идти – осваивать танец на шесте. «Так и живем, – говорит она с улыбкой, – из принцесс в стриптизерши».
  • Без чего вы не представляете свой макияж? «Без кремовых румян и консилера». 
  • Ваша самая неудачная прическа? «Лет в пятнадцать я сделала асимметричную стрижку – уложить ее было невозможно!» 
  • Какие ошибки вы делали в макияже? «Как-то я покрасила брови в слишком темный цвет». 
  • Самый интересный совет профессионального визажиста, который вы когда-либо получали? «Наносить румяна высоко, прямо под глаза, чтобы румянец выглядел естественно. И еще: разбавлять подводку водой и наносить ее с помощью щеточки». 
  • Ваша любимая фитнес-программа? «Сейчас я увлеклась силовыми упражнениями, которые мне порекомендовали мамины подруги. Удовольствия от процесса – ноль, но после тренировки я чувствую себя отлично». 
  • Следуете ли вы маминым советам по уходу за собой? «Мама не учила меня как-то особенно следить за собой. Помню только темную помаду, которая ей очень шла». 
  • Какие из ваших бьюти-ритуалов вы скрываете от Лива? «Если я их скрываю от Лива, то и вам о них знать ни к чему».
реклама
AD