Glamourama

Секреты стиля Кристины Орбакайте

Певица Кристина Орбакайте – о любви к року, минимализму и мамином вкладе в свой гардероб.

реклама
AD
  • Когда я была маленькой, мама очень старалась, чтобы я выглядела прилично и женственно. Вернее, она хотела, чтобы я выглядела женственно, но, как назло, в те времена – это были семидесятые – лучшие вещи, которые приво­зились из-за границы, были рассчитаны на мальчиков (джинсы, свитеры, кроссовки). А еще меня в год побрили налысо. Тогда так было принято, считалось, что от этого лучше растут волосы. К двум годам у меня были короткая стрижка и джинсы. Не удивительно, что при встрече со мной маме часто говорили: «Какой у вас чудный мальчик!» А она сквозь зубы отвечала: «Это де-е-вочка». Посмотрите на мои детские фотографии: ну чем не мальчик? Зато сейчас мне понятно, откуда у меня такая любовь к джинсам и брюкам. Последние двадцать с лишним лет я веду кочевой образ жизни и ношу преимущественно их. Помню, в школе все обсуждали, у кого когда появились джинсы, и я с гордостью говорила: «У меня – в два года!» На дни рождения, школьные праздники и в кино мы надевали не платья, а джинсы. А на уроки ходили, конечно, в форме, и я, кстати, в начальной школе была самая нарядная. В Литве, на моей второй родине, шили очень красивые, почти прозрачные фартуки, не с рюшами – их я никогда не любила, – а с крылышками. К третьему классу они, правда, куда-то исчезли. 
  • В восьмом классе черную форму поменяли на синие жакеты, юбки, жилетки. Довольно дурацкие. К тому же в 14 лет все быстро растут, а форма выдавалась одна на целый год. Не удивительно, что к весне эти костюмы ни на ком не сходились. На мне юбка сидела хорошо, а вот рукава жакета были коротки. В общем, нам разрешили вместо жакетов надевать свою одежду. Тут-то дело и пошло. Так как я с тринадцати лет танцевала в балете «Рецитал», ездила на гастроли во время каникул, у меня немножко стерлась грань между школой и сценой. В школу я стала ходить как на концерт. Сначала носила привезенные мамой с гастролей толстовки с надписями, потом вообще доросла до маминой одежды. Когда я училась в девятом классе, умерла моя бабушка, у которой я прожила все детство, и я пере­ехала к маме на Тверскую – ее гардероб стал нашим общим. И косметика тоже. Помню, маме прислали огромные чемоданы декоративной косметики Christian Dior. И тут у меня появилась возможность экспериментировать с макияжем! Сейчас я днем почти не крашусь, а для концертов недавно нашла идеальную помаду – Yves Saint Laurent цвета фуксии. Для сцены самое оно.  

Перед концертом Аллы Пугачевой, 1979

  • Тогда же, в восьмидесятые, в моде были люминесцентные цвета – розовый, лимонный, салатовый. И я вся такая солнечная ходила в школу. В конце концов меня вызвали, правда, не к директору – решили не нагнетать обстановку, – а к завучу. Она мне сказала: «Так неприлично ходить, все ученики начинают за тобой повторять и спрашивают, почему тебе можно, а им нельзя». Как человек, абсолютно не умеющий врать, я от чистого сердца ответила: «Понимаете, у моей мамы не так много денег, чтобы покупать одежду специально для школы, поэтому я ношу то, что есть в шкафу. Хуже того, я даже не из своего, я из маминого гардероба вещи беру». Удивительно, но она сдалась: «Ладно, ты хотя бы такие яркие свитеры не носи. Вот этот синий с надписью можно». И я стала ходить в темных, но модных толстовках. 
  • После уроков мы наряжались уже по полной программе: тигровые лосины, ремни, казаки, косухи, начес, сиреневые тени. Помню, с гастролей привезла себе легинсы с принтом «серп и молот». Ходить без грима казалось непозволительным. Расчески и бальзама для волос для меня не существовало, только шампунь и лак. Мне даже говорили, что я похожа на Александра Иванова из группы «Рондо». 
  • Глянцевых журналов у нас не было, поэтому школьная мода возникала стихийно. Например, зимой, кажется, 1985 года мы стали носить юбки, рейтузы, носки и сандалии, а сверху еще жилетки. Когда я как-то в таком виде пришла из школы, мама чуть в обморок не упала. Пришлось объяснять: «Понимаешь, это очень модно». 
  • Этим летом я ходила в Нью-Йорке на мюзикл Rock of Ages – он точно про мою юность. Мы носили такую одежду, слушали такую музыку: Whitesnake, Van Halen. Тогда еще не считалось, что рок – это круто, а попса – отстой. Мы любили поп-рок: мелодичные песни, гитарные аранжировки. Дома, так как семья была музыкальная, слушали музыку всех жанров. Но дружили в основном с рокерами: Gorky Park тогда жили в Лос-Анджелесе и со всеми нас там перезнакомили. Рок был на пике моды. 
  • Мой привычный наряд – косуха и джинсы – для выпускного не подходил. И, как назло, мама накануне никуда не выезжала, пришлось идти в шоу-румы, владельцев которых в те времена называли спекулянтами. Я отыскала там потрясающее платье, розовое, полностью кружевное, но очень лаконичного кроя. Правда, на выпускной бал я не осталась – мы забрали аттестат и удрали с мамой, ее мужем и моим другом Володей Пресняковым ужинать в ресторан. А на следующий день все вместе уехали на гастроли в Одессу. Платье я еще несколько лет надевала в торжественных случаях и для фотосессий. В своем первом клипе – «Ну почему?» – я тоже снялась в нем. 
  • За четыре дня до двадцатилетия я стала мамой. Нельзя сказать, что мой стиль поменялся, разве что стал чуть более женственным. Я стала носить легкие длинные платья с большими ботинками. Во-первых, для молодой мамы это было удобно, а во-вторых, в 1990-е годы все носили одно и то же по нескольку лет. Где-то в 1994–1995 годах появились первые легальные шоу-румы. Антон Табаков на Трехгорке открыл клуб «Сохо», в котором был маленький бутик. И мы стали покупать вещи в Москве в подобных шоу-румах, но в основном надеялись на гастроли. Хотя, если здесь что-то хорошее появлялось, начинался ажиотаж и вещи покупались без разбора. 
  • Со мной частенько бывает такое: купила вещь и не знаю, что с ней делать. Так она и висит в шкафу, пока из моды не выйдет. Чем хороши платья и костюмы? Надел и пошел... А юбки надо с чем-то компоновать. Покупая оригинальные вещи, я часто думала: «Ой, какая фишка!» А куда ее потом? У меня дома столько этих «фишек»: и рукава невиданные, и жилетки...
  • Покупать дизайнерские вещи я по сегодняшним меркам начала поздно. Никогда особо не гонялась за лейблами, и только годам к двадцати пяти у меня появились подружки, которые, живя за границей, стали меня просвещать. Одна рассказала, что в ее районе – лондонском Ричмонде – молодые итальянцы открыли магазин. Никто их не знает, но вещи делают классные. Dolce & Gabbana называются. Помню, купила их сарафан, черный, с крючками по всей длине, даже в клипе в нем снялась, а потом он куда-то пропал. Я тогда к вещам просто относилась: поносила, надоело, отдала подружке. А была бы похитрее, собрала бы шикарную коллекцию винтажа. 
  • В конце 1990-х в России появились наши глянцевые журналы – Cosmopolitan и Vogue. Я была первой русской звездой на обложке Cosmopolitan. Влад Локтев меня снимал. Тогда я впервые примерила платье Galliano и поняла, что оно мне не идет, потому что скроено по косой. Зато открыла для себя Gucci. Абсолютно моя была марка, я ее обожала и всегда ходила за их вещами в «Торговый Дом Москва». Тогда коллекции Gucci создавал Том Форд, с тех пор я слежу за его коллекциями и с удовольствием ношу. Потом, когда ушла рокерская мода, стали популярны японцы и бельгийцы. Появился магазин Leform, где буквально поселились все светские герои. В гардеробе к моим любимым вещам Gucci добавились Ann Demeulemeester, Yamamoto. А так как в тридцать лет походку не меняют, то мой стиль по-прежнему основан на любви к гранжу и минимализму. Вчера вот я надела длинное черное платье Ann Demeulemeester и почувствовала ностальгию по той моде. 
  • Последние лет пять я стала покупать платья Balmain, Chanel, Givenchy. Сейчас светские мероприятия мы с мужем посещаем крайне редко: все свободное от гастролей и съемок время проводим с дочкой Клавой. Так что платья висят в шкафу, а я ими любуюсь и надеваю только изредка – в ресторан или в гости. 
  • Я ужасно рада, что гранж снова в моде – косухи, грубые ботинки, массивные и яркие аксессуары. В жизни с трудом ношу шпильки и открытые босоножки. У меня балетная, рабочая нога, и высокие каблуки я надеваю только для фотосессий, а в жизни и на сцене предпочитаю устойчивый каблук. YSL, Jimmy Choo, но не Christian Louboutin. Зимой – черные туфли, летом – телесные. И аксессуары я всегда любила рокерские: железные серьги-кольца, браслеты с шипами. Часы стальные, массивные Rolex два года носила не снимая, только сегодня захотелось чего-то женственного, надела Beauvais. Я раньше вообще не понимала, зачем нужны бриллианты. Что я, что мама – обе начали носить драгоценности, когда мужья стали дарить. 
  • Я была одной из первых в Москве, кто стал пользоваться духами Issey Miyake, и это был фурор. Как только их начали продавать у нас, я перешла на L’Artisan Parfumeur, Jo Malone... Сейчас на мне один из ароматов от by Kilian. Я люблю легкие, природные запахи, но стараюсь регулярно их менять. 
  • Кремы тоже разные пробую, но всегда возвращаюсь к La Mer. Недавно мой визажист нашел на выставке отечественных производителей маску «Банкетная», сделанную на Алтае. Мол, намазался – и готов к банкету! Между прочим, работает. Я летом снималась в кино, а это очень ответственное дело – в восемь утра уже нужно прилично выглядеть. Так мы всем рабочим коллективом делали эту маску. Сейчас смотрю на себя в кадре и думаю: «Банкетная»-то не подвела!» 
  • Еще одна находка, которой я горжусь, – расческа Tangle Teezer. Я наткнулась на нее в американском магазине для подростков и в результате купила всем подружкам. У меня густые волосы, но они тонкие и ужасно путаются, особенно если мыть их мягкой водой (как в Майами и Питере). Только с помощью этой расчески мне удается привести голову в порядок. 
  • Уже взрослой я ни разу кардинально не меняла ни стрижку, ни цвет волос. Только чередовала – с челкой, без челки. С волосами моей длины можно сделать что угодно: закрутить, подколоть, в хвост собрать. Серьезно стригли меня всего два раза, и то вынужденно. Однажды я приехала на съемки клипа в Нью-Йорк, и там одна француженка, знакомая моих друзей, сказала: «Что-то ты не стильно выглядишь, иди сюда». Взяла садовые ножницы, и хрясь! – отстригла мне полдлины! В Москве мне потом все это исправлял Александр Шевчук. А в другой раз, спустя много лет, я пришла в Aldo Coppola подлечить волосы. Там был прекрасный мастер (сейчас он в Лондоне работает), который мне сказал: «Это бесполезно. Надо резать». Полечилась, называется! Зато с новой стрижкой в моей жизни начался новый этап – я вышла замуж за Мишу. 
  • В России я покупаю вещи только по необходимости. Осенью приехала на гастроли в Ульяновск, а чемодан не прилетел. Слава богу, я в самолет оделась прилично – на мне были галифе Gucci, в них удобно летать. Еще у меня с собой были аксессуары, а у костюмера оказались мои концертные сапоги. Я побежала в местный ЦУМ, купила там какую-то рубашку, и наряд был готов. У них там что Dolce & Gabbana, что Chanel – все по 4000 рублей. Одна рука шила. (Смеется.) 
  • В Москве, если хочется себя порадовать, захожу к подружкам в шоу-рум, поболтать и примерить новые «красоты». А главный шопинг случается дважды в год в нью-йоркском Bergdorf Goodman или Barney’s NY, там на семи этажах вся мода сезона: и дизайнерская одежда, и повседневная. Я семью заранее преду­преждаю: «Извините, работа» – и на два дня туда ухожу. У меня там есть персональные байеры, которые знают мой вкус – Saint Laurent Paris, платья Victoria Beckham, костюмы Stella McCartney (платья ее мне не идут). 
  • С одеждой для концертов сложнее, потому что я очень активно двигаюсь и переодеваюсь несколько раз за вечер. Мне нужно, чтобы костюм было легко надевать, снимать и чтобы он выдержал гастрольный тур из десяти концертов как минимум. Хорошо, когда в коллекциях Вали Юдашкина или Лены Супрун встречаются подходящие для меня вещи. Но, как правило, приходится что-то специально шить. Сейчас я начала работать с киевским дизайнером Анной Осмехиной, и она для меня делает вещи, похожие на кутюр, но отвечающие моим концертным требованиям. 
  • Если речь не о сольнике, а о телевизионной или фотосъемке, с удовольствием надеваю разные модные новинки и высокие каблуки. Например, вскоре после рождения Клавы набралась смелости и надела черное, почти прозрачное платье. Мне его мама подарила. Это вообще ее мечта – так меня одевать. Мужу тоже нравится такой стиль, а мне все хочется поскромнее. Мама не любит летать, за границей бывает редко, так что все покупает в Москве. В ЦУМе знают ее вкус и всегда откладывают вещи: «Это Кристиночке подойдет, это вам». Теперь и для Клавы откладывают. 
  • А недавно мне Дени из Италии привез шикарный жакет, черный, классического кроя, но с шипами. Когда мы вместе отдыхали, он видел, к чему я присматриваюсь, и вот накопил денег и купил. В нашей семье есть отличная традиция — делать друг другу подарки! 
реклама
AD