Glamourama

Тина Канделаки, Алла Михеева, Марина Ким: секреты красоты телеведущих

Три известные телеведущие рассказали, что помогает им нести в массы красоту и счастье.

реклама
AD

Алла Михеева 

Ведущая рубрики «Острый репортаж» в развлекательном ток-шоу «Вечерний Ургант» на Первом канале.
Как строится ваш день? 
Программу «Вечерний Ургант» записывают во второй половине дня, но встаю я рано, в шесть утра – с петухами, которых разводит сосед снизу. Занимаюсь медитацией. В «Останкино» прихожу к часу и сразу – к парикмахерам. Наши мастера творят чудеса: из моих «трех волосинок в два ряда» они за полчаса соз­дают потрясающую вечернюю прическу. И обходятся при этом без накладных прядей: я категорически против любых обманок. Пока меня причесывают, я потягиваю через трубочку капучино – не могу жить без кофе! Так и обедаю.
Дальше – грим. В моем случае он не сильно отличается от обычного дневного макияжа, так как мне, в отличие от Ивана Андреевича Урганта, всего 24 года. Визажисты лишь слегка припудривают мне лицо и подводят глаза. Кстати, сама я краситься не умею – и не хочу учиться: к счастью, моя кожа пока не требует того, чтобы ее скрывали под слоями косметики. Я просто освежаю лицо компактной пудрой Météorites Compact от Guerlain и подкрашиваю ще­ки румянами Blush Duo той же марки. 
Как вы ухаживаете за кожей? 
Умываюсь утром и вечером с мылом. Его для меня заказывает косметолог Мэри Омарова из велнес-центра Royal Wellness Club в гостинице «Украина». Оно пахнет как дегтярный шампунь, зато заменяет крем – не только очищает, но и увлажняет. Как оно работает, что в его составе – я понятия не имею. Мне в уходе важен результат. Раз в неделю я делаю маски из голубой глины. Она прекрасно вытягивает токсины. На массаж лица и маски я хожу раз в месяц, к той же Мэри. Чаще не позволяет время, но мне очень хочется: у нее косметологический талант от Бога и потрясающая энергетика. 
Что главное в вашем образе? 
Челка. На то, чтобы ее подровнять, у парикмахеров Royal Wellness Club (я каждый раз стригусь у разных мастеров – в этом центре все хороши) уходит от часа до двух. В Royal Wellness Club я делаю и ламинирование – чтобы кончики не секлись. Я никогда не красилась и не собираюсь. Зачем мне менять свой натуральный медовый цвет, когда благодаря ему столько поблажек в жизни?!
Ваша икона телестиля? 
Я не считаю себя телеведущей. Я – актриса, играющая роль телеведущей. В актерском и человеческом отношении я равняюсь на Кэмерон Диас: она обаятельная, с отличной фигурой, потрясающим чувством юмора и самоиронией. Мне кажется, мы похожи. И даже очень: недавно я была в Каннах, и моя ладонь идеально легла в отпечаток, оставленный Диас на Аллее звезд.
Что для вас табу в профессии телеведущей? 
Пошлость. У каждого свое понимание этого понятия, оно закладывается с детства. Кто-то считает, что пошло вести себя как поручик Ржевский. Кто-то – что пошло просто носить короткие юбки. А я уверена, что короткая юбка короткой юбке рознь. В кадре я, бывает, одета весьма откровенно. Но пошло – я уверена – не выгляжу и себя не веду.
Как вы поддерживаете форму для своих откровенных нарядов? 
Я ни в чем себя не ограничиваю: уплетаю чизбургеры, сосиски, борщи с булками. Есть для меня – счастье. Разве что я равнодушна к сладкому. Но я через день хожу в Royal Wellness Club плавать – проплываю по три километра за раз, все тело приходит в тонус. Иногда я качаю руки и пресс на тренажерах с инструктором Дмитрием Шатохиным или занимаюсь пилатесом у Алексея Ковалева. Еще с трех лет я катаюсь на горных лыжах. Правда, даже на тех склонах, где уже бывала, всегда беру инструктора: у меня топографический кретинизм.

Марина Ким 

Ведущая программы новостей «Вести» на канале «Россия 1».
Как строится ваш день? 
У меня эфирная неделя чередуется с неэфирной. Во время неэфирной я езжу в командировки: за последние полгода была в них 30 раз. Если неделя эфирная, я встаю в 5:30. Дело в том, что мой первый выпуск новостей начинается в 8:00, второй, самый важный, который транслируют на всю страну, – в 11:00. После него летучка, около часа-двух я уезжаю из студии на съемки репортажей. Разумеется, я не завтракаю никакими отрубями, не наслаждаюсь контрастным душем и утренней пробежкой в парке – я просыпаюсь в ужасе, что опоздала. У меня нет возможности даже задержаться лишнюю минуту в ванной. Я успеваю лишь умыться (очищающим гелем La Mer) и нанести крем-гель (той же марки). Краситься смысла нет – только лишняя работа гримерам, которым придется снимать макияж перед тем, как накрасить меня для эфира. 
По дороге на работу я по телефону обсуждаю с продюсером предстоящий выпуск: в какой последовательности пойдут новости, на каких стоит сделать акцент. Если успела захватить бутылочку кефира из дома – выпиваю. Хотя чаще заезжаю в ближайшую булочную и беру навынос круассан и кофе – он приводит меня в тонус. 
Как вас гримируют для эфира?
С помощью air-brush – специального прибора для быстрого и ровного распыления тонального средства. Никто уже не наносит грим спонжем, это вчерашний день. Из-за моей восточной внешности гримеры всегда скульптурируют мне нос и скулы (иначе лицо на экране будет выглядеть плоским, будто на наскальном рисунке). Они используют для этого палетку Sculpting Kit от Make Up For Ever. Еще мне обязательно прорисовывают всю складку верхнего века тенями от М.А.С, Gosh, Make Up For Ever или Nars, чтобы сделать глаза визуально больше. Губы очерчивают и заштриховывают карандашом терракотового или кирпичного оттенка от Make Up For Ever. Все средства – матовые: перламутровые под софитами бликуют. 
Вдобавок у меня в силу особенностей строения лица отекают глаза. Мешки очень сложно замаскировать даже гримом. Так что я не могу позволить себе пить перед сном ни чай, ни воду. Кубики льда не помогают, а кремы, которые я пробовала, иногда даже усугубляли ситуацию. Но в конце концов я нашла The Eye Concentrate от La Mer: он отлично снимает отеки. Кстати, одна моя коллега посоветовала выпивать на ночь бокал сухого красного вина. Я попробовала – отеков наутро действительно нет. Правда, этой находкой я пользуюсь не часто.
А вот с укладкой никаких проблем. У меня хорошие волосы – спасибо папе-корейцу. Перед эфиром мне просто моют голову шампунями Olio Essenziale от Aldo Coppola, которые я привожу из дома, и слегка накручивают волосы на крупную круглую щетку. Раз в месяц я стригусь в салоне красоты Ольги Рубец – уже десять лет: я всегда с тяжелым сердцем доверяю свои волосы новым мастерам. Только Оля знает их досконально. 
Как недопустимо выглядеть ведущей новостей? 
Нельзя, чтобы что-то отвлекало зрителя от восприятия информации. «Вести» ведь не о том, какая прекрасная Марина Ким, а о том, что происходит в мире. Экстравагантных нарядов мы в кадре не носим, замысловатые прически не делаем, ярко не красимся. Хотя приходить на работу с цветным маникюром никто не запрещает. Единственное табу – черный: он делает образ мрачным. Я сама иногда позволяю себе накрасить ногти красными, морковными оттенками. Но чаще все-таки выхожу в эфир с прозрачным маникюром. 
Как вы ухаживаете за собой? 
Без особых усилий. Снова спасибо генам – папиным и маминым: она классическая русская красавица. В первый раз мама попробовала крем в 35 лет и всю жизнь повторяет: «Чем меньше трогаешь лицо, тем лучше оно себя чувствует». Здравое зерно в маминой теории, конечно, есть, хотя я с ней не до конца согласна. Раз в месяц я хожу на лазерные и вакуумные чистки и массаж лица. Правда, каждый раз к новому мастеру – своего я пока не нашла. 
Вы работаете не только в студии. Кто красит вас перед репортажами? 
Я крашусь сама. У меня всегда с собой любимая подводка Liner Plume от Lancôme, черная тушь (сейчас – Eyes to Kill от Giorgio Armani) и пудра для скульптурирования лица Terracotta от Guerlain. Я привыкла к тому, какой макияж мне делают гримеры в студии, и уже на автомате сама подчеркиваю себе скулы, глаза, нос. 
Хронический недосып, стрессы в прямом эфире, работа «в поле» – чем же вас привлекает жанр новостей?
Драйвом: по ту сторону камеры – живая аудитория, и у меня, как у сапера, нет права на ошибку. Если новости чрезвычайные, я должна своим видом успокаивать людей. А если проходные – не давать им заскучать. Хотя вообще-то я собиралась стать дипломатическим работником. Но во время учебы в МГИМО поняла, что не хотела бы провести жизнь, сидя в душном кабинете и перекладывая с места на место бумажки. Мне нужен был «свежий воздух». Из любопытства я пошла на курсы телеведущих – там и «задышала». 
Как вы поддерживаете форму? 
Это для меня задача! Я неправильно питаюсь: не завтракаю, весь день перекусываю на бегу, а вечером устраиваю праздник живота. Люблю простые, понятные блюда вроде пасты и сама с удовольствием готовлю. 
Но что бы ни происходило, как бы я ни уставала, сколько бы времени ни было на часах, три раза в неделю после работы я как штык в фитнес-клубе «World Class Романов». Занимаюсь на тренажерах с инструктором Сергеем Ветровым. Отдыхаю от спорта я только в командировках.
Видео: Владимир Григоренко, Анна Орлова.

Тина Канделаки

Ведущая политического ток-шоу «Железные леди» на канале НТВ. 
Как строится ваш день? 
Я строго следую расписанию. Просыпаюсь в 7–7:30 утра в зависимости от дня недели (при этом в 23:00 я уже в кровати). Завтракаю яичницей или овсянкой, выпиваю фреш и еду в спортзал: ежедневно провожу час-полтора в фитнес-клубе «Коперник». Чередую нагрузку: день – упражнения для пресса, день – аэробные нагрузки. После тренировки я стараюсь ничего не пить, и так до самого эфира в 14:30, иначе под софитами макияж потечет. Меня гримируют и причесывают прямо в клубе – туда приезжают визажист Павел Куликов и парикмахер Лина Вареник из салона красоты Ольги Рубец. С Пашей я работаю уже много лет. Мне кажется, он так хорошо знает мое лицо, что может накрасить меня с закрытыми глазами. Для эфира Паша никогда не делает мне сложный, яркий макияж: «Железные леди» не развлекательная программа. Он лишь рисует стрелки черным карандашом или подводкой, делает легкие правки корректором, припудривает Т-зону, чтобы в кадре не было блеска, и выделяет скулы румянами. 
С прической все совсем просто. Я стригусь у Оли Рубец, а ее стрижки укладывать очень легко. Самое главное – выпрямить кудри и сделать так, чтобы моя упрямая челка не торчала, как у приказчика. На грим и укладку уходит 40 минут. Затем я еду в «Останкино». Мы дорабатываем сценарий передачи с учетом происходящих событий, экстренных новостей. За час до эфира подготовка заканчивается, и я могу слегка передохнуть.
Как вы ухаживаете за кожей? 
Сейчас я пользуюсь косметикой Guinot, стандартным набором: тоник, увлажняющий крем для лица, кремы для глаз и губ. Косметика для домашнего ухода прежде всего должна не доставлять мне дискомфорт и хорошо увлажнять – Guinot с этим справляется. Не реже двух-трех раз в неделю я посещаю косметологов Елену Умнову и Лусинэ Гулян в «Копернике». Делаю массажи и легкие чистки. Раз в три месяца я прохожу курс из десяти инъекций витаминных коктейлей. Это курс для кожи не только лица, но и головы: борюсь так с последствиями постоянного выпрямления волос. Пока, к счастью, мне не приходится прибегать к тяжелой косметической артиллерии. Наверное, потому, что я всегда старалась следить за собой. Свой первый заработок потратила не на туфли, как можно было бы ожидать от двадцатилетней девушки, а на прием у косметолога. Сейчас я понимаю, что это было правильное решение: туфли снашиваются и выходят из моды, а кожа, волосы, тело остаются с тобой навсегда. 
Неужели для ведущей интеллектуальной телепередачи так важно хорошо выглядеть? 
У ведущего есть обязятельства перед зрителем – какую бы программу он ни вел, он не имеет права выглядеть неухоженно, неопрятно, устало. Эта энергетика передается зрителю через экран. Если ты устал, то и люди от тебя обязательно устанут. Ведущий обязан быть в форме. Посмотрите на Владимира Владимировича Познера – он давно уже не Брэд Питт, но сколько в нем жизни, энергии! Многие его знакомые рассказывали мне, что он чуть ли не каждый день по полчаса проводит на беговой дорожке. Вот это уровень: до тех пор, пока вы уважаете себя, свое тело, вас будет уважать и зритель.
Безусловно, на экране лучше смотрятся худощавые ведущие: телевизор прибавляет семь килограммов. Но можно стать телезвездой, и не пропадая в спортзалах. Возьмите Опру Уинфри. Она никогда не была худенькой, но всегда выглядела ухоженной. Все ее лишние, как может показаться, килограммы правильно «упакованы» в одежду. Я тоже, знаете ли, не модельных пропорций и никогда их не приобрету. Нет, конечно, если ученые изобретут безвредные для здоровья добавки, удлиняющие ноги или утончающие талию, я непременно ими воспользуюсь. Но пока обхожусь спортом и маленькими женскими хитростями. Например, если чувствую, что прибавила в весе, надеваю одежду с длинными рукавами – руки выдают лишние килограммы в первую очередь.
Кто ваши иконы телестиля? 
Я родилась и выросла в Тбилиси. На одном из каналов ведущей новостей тогда работала Софико Нарчемашвили, настоящая красавица-южанка. У нее были потрясающие, изящно очерченные, от природы пухлые губы и миндалевидные глаза. К тому же Нарчемашвили всегда ярко красилась. Как принято в жанре теленовостей, камера всегда брала ее только по пояс. А мне всегда хотелось рассмотреть больше, узнать, во что она одета, какие на ней сегодня туфли. Когда я увидела Софико в жизни, я была поражена: она оказалась еще красивее, чем на экране. Длинноногая, броско одетая, похожая на Монику Беллуччи. Из особой породы женщин, которые умеют наслаждаться своей красотой и подавать ее.
Вы помните свой первый эфир?
Еще как! В Грузии был популярен Второй канал – молодежный, похожий на MTV. Мне очень хотелось туда попасть, я тщетно звонила в прямой эфир (хотела сообщить, что хочу у них работать), но каждый раз было занято. Параллельно я поступала в мединститут – этого хотела моя семья. И вот однажды я дозвонилась. Выкрикнула в эфир, что не могу хочу быть телеведущей. Меня позвали на пробы, я их успешно прошла – и тут же получила свой первый эфир, причем прямой. Одно но – я плохо говорила по-грузински, потому что окончила русскоязычную школу. Разумеется, я дико волновалась. Редактор написал мне на ватмане огромными русскими буквами грузинские слова и держал его во время передачи, стоя за оператором. Просто представьте: я сижу в кадре и вроде бы смотрю в камеру, но периодически скашиваю глаза в сторону... Было весело.
Как сформировался ваш фирменный стиль на экране? 
За это спасибо Наташе Билан (генеральный директор канала «Домашний». – Прим. ред.). Она была руководителем программы «Детали», которая выходила в начале 2000-х и вести которую пригласили меня. Наташа не пыталась загнать меня в какие-то рамки, «причесывать», переделывать из словоохотливой грузинки в ведущую, которая с умным видом цедит слова сквозь зубы. Вся команда «Деталей» состояла из молодых, продвинутых людей. И ведущая не могла не быть на уровне. Тогда ведь современно, модно, ярко на отечественном ТВ выглядели лишь некоторые ведущие музыкальных каналов, а у нас было ток-шоу. К работе над моим телеимиджем привлекли профессионального стилиста Наташу Пантелееву, которая сотрудничала с глянцевыми журналами. То, что она со мной творила, выглядело верхом безумия: одевала меня в экстремально модные наряды. Парикмахеры делали мне сумасшедшие укладки, гримеры красили как индейца. Это вызывало шок у зрителей. Но именно после этой передачи меня и стали узнавать. 

Читайте далее: 
реклама
AD