Glamourama

«Я не романтик, как многие думают»: интервью с Джудом Лоу

Мы узнали у Джуда Лоу кое-что важное о том, где хотел бы оказаться каждый мужчина, что он лично ценит в отношениях и почему в жизни не оправдывает звание романтического героя.

реклама
AD

Кадр из фильма «Красавчик Алфи, или Чего хотят мужчины»


Все иностранцы почему-то уверены, что в России, поднимая бокалы, говорят: «На здоровье». Хотя это совершенно не так. Вас уже успели научить этому выражению? Я мечтаю встретить человека, который всех новоприбывших вводит в это фольклорное заблуждение. 
Нет, меня пока так говорить никто не учил! 


У вас есть прозвище, которым вас называют друзья?
М-м-м, пожалуй, нет. Разве что Гай Ричи (Guy Ritchie) на съемках «Шерлока Холмса» (Sherlock Holmes) называл меня Руди Джуди. 

Кадр из фильма «Шерлок Холмс»


От вас очень приятно пахнет. 
А есть какой-то аромат, который 
ассоциируется у вас с детством? 
Да, таких даже несколько. Запах скошенной травы напоминает мне 
о школьных годах. А запах свежесваренного крепкого кофе — об отце, который будил меня по утрам. 
А еще сегодня, когда я проснулся 
ранним утром в отеле, я почувствовал аромат... Не знаю точно, что это было, но он тут же, как крючком, перенес меня на 20 лет назад, в прошлое. 

В фильме «Взломщики сердец» (I Heart Huckabees) ваш герой сталкивается с работой экзистенциальных детективов, которые занимаются тем, что расследуют жизни людей 
и дают им ответы на разные неразрешимые вопросы. Если бы вы встретили таких, какую задачу перед ними поставили бы? 
Я в таких вопросах обычно потворствую своим слабостям и желаниям: я бы спросил что-нибудь о себе, о своей личности. Почему я такой, почему поступаю так, а не иначе. 


Давайте тогда сейчас расследуем следующее: вы суеверны? 
Нет, не думаю. 

Я вот почему спрашиваю: Хит Леджер (Heath Ledger) умер, а фильмы с ним все выходят и выходят. В том числе и не без вашей помощи. 
Вы про то, что я снялся в фильме Терри Гиллиама (Terry Gilliam) «Воображариум 
доктора Парнаса» (The Imaginarium of Doctor Parnassus), где доиграл за Хита? Знаете, это здорово, что он продолжает жить в фильмах. Я немного знал его и могу сказать, что Хиту очень нравилось быть актером, он любил, когда его игрой восхищались. Думаю, ему было бы приятно... нет, он был бы счастлив, что люди смотрят его фильмы. 


А насчет того, не пугает ли меня, что подобное произойдет с моими лентами... Есть фильмы, в которых я играл 20‑летним, и когда я сейчас показываю их своим детям, они удивляются, что папа был таким молодым. И хочется надеяться, что после меня останутся фильмы, которые люди будут пересматривать снова и снова после моей смерти. Я тоже сейчас смотрю фильмы с участием актеров, которые давным-давно умерли, например, с Хамфри Богартом (Humphrey Bogart). На экране они не просто живы, а уже не умрут никогда — и именно это мне особенно нравится в кинематографе. 

Вы считаете, у вас самая лучшая профессия в мире? 
Нет, но уж точно одна из самых необычных. У нее есть фантастические плюсы, но есть и под
водные камни: она очень силь
но может влиять на жизнь... Когда я вижу молодых актеров,
 мне хочется дать им один совет: контролируйте ситуацию. Вы не должны давать интервью каждому, кто о нем попросит, светиться во всех газетах подряд и пребывать в лучах софитов каждую минуту своей жизни — иначе превратитесь в самовлюбленных эгоистов, а это никуда не годится. 

В прошлом году, перед тем, как взяться за роль Гамлета в лондонском театре (в спектакле режиссера Кеннета Браны (Kenneth Branagh). — Прим. Glamour), я неожиданно осознал, что актерство перестало доставлять мне удовольствие. Я не чувствовал адреналина, и мне захотелось сделать перерыв. 

Потому что если в молодости ты доказываешь окружающим, что умеешь играть, то когда ты уже состоялся как актер, все начинают интересоваться не твоей игрой, а твоей жизнью. Именно работа в театре — ведь я и начинал как театральный актер — помогла мне переосмыслить свое прошлое и, что называется, перевернуть страницу. Гамлет помог мне снова понять, как сильно я люблю свою работу. 


Вы романтик? 
Мне нравятся литература, театр, музыка. Но я не романтик в общепринятом смысле этого слова. 
Конечно, я дарю девушкам цветы и приглашаю их в необычные места, но делаю это 
скорее потому, что так принято, 
а не потому, что получаю от этого массу удовольствия. Предпочитаю романтику чувств, ведь испытывать эмоции — это так романтично. 

То есть если над горшком с азалиями медленно кружит шмель, вы отложите дела и будете любоваться этой картиной? 
Да, именно. Меня привлекает поэзия обыденной жизни. Кино — это структурированная реальность, отражение и во многом объяснение жизни. 

Так вот как вы для себя трактуете поведение вашего героя в фильме «Мои черничные ночи», который ничего не делает, чтобы вернуть девушку, которую любит? 
У Джереми на то есть веские причины. Дело в том, что в прошлом ему причинили душевную боль, он был сильно изранен. И поэтому сознательно изолирует себя — только спрятавшись в кафе, он чувствует себя в безопасности. И даже когда встречает ту самую девушку, все равно не готов выйти из своего заточения. К тому же у него есть твердая убежденность в том, что однажды она вернется — сама к нему придет. Так, кстати, и происходит — ровно так в жизни обычно и бывает. 


Вы любите вечеринки? 
Да, но скорее домашние, а не клубные: мне нравится веселиться дома с друзьями и семьей, чтобы кто-нибудь играл на рояле, а вокруг носились дети. А потом они бы отправились спать, и мы стали танцевать, пить какое-нибудь хорошее вино
 и наслаждаться жизнью. 

А как же образ, в котором вы предстаете в рекламе, — такой элегантный, и дюжина девушек вас манит за собой?
О, мне очень нравится концепция съемки! Во‑первых, потому что я актер и мне нравится играть в кадре, для меня это намного проще, чем быть самим собой. Вообще быть самим собой на фотографии очень сложно — для этого надо быть моделью. А вот проникнуть в выдуманный фотографом мир и сыграть там свою роль мне легко и приятно. 

К тому же — это история соблазнения. Сказка, в которой хотел бы оказаться каждый мужчина: ты стоишь, держишь в руке бокал, вокруг тебя прекрасные женщины... Каждый мужчина хотел бы оказаться в таком чудесном месте! Но не каждому удается. 

От всей души желаю вам насладиться тем прекрасным местом, в котором находитесь сейчас. 
Вы имеете в виду Москву? Спасибо! 

На здоровье!

реклама
AD