Glamourama

«Я никогда не была такой худой»: Ким Кардашьян о худобе, бриллиантах и наготе

Жизнь Ким Кардашьян — это, пожалуй, самое успешное реалити-шоу в истории человечества. Семейные разборки она превратила в мыльную оперу, округлые формы — в тренд, увлечение селфи — в культ. А теперь на своей любви к макияжу планомерно строит бьюти-империю — тоже более чем успешно.

реклама
AD

Кардиган, Fifi Chachnil; бюстгальтер, Fleur of England.

«Наша семья уже выпускала­ косметику, но тогда мы мало что понимали в бьюти-бизнесе, и мне даже нравилось, что нас направляли. Но сейчас у меня есть полный контроль. И это суперважно».

Ким Кардашьян-Уэст немного опоздала на наш зав­трак, потому что не могла снять с лица новую гелевую маску. Застряла в своем роскошном номере роскошного отеля Baccarat на Манхэттене, пытаясь ее отклеить, стереть или смыть. Откуда вообще она взяла эту золотую чудо-маску, которая должна была сделать ее еще красивее, но в итоге намертво прилипла к лицу? Оказалось, когда ты Ким Кардашьян-Уэст, тебе не обязательно знать, откуда берутся вещи. Они просто приходят в твою жизнь, чтобы (наверное) сделать ее лучше. В целом Ким старается наслаждаться таким положением дел, потому что как еще ко всему этому относиться? Но бывают вот такие моменты, когда ты пол-утра проводишь в попытках отделить свое лицо от бесплатной гелевой фигни. И вообще, подарки Ким больше не любит. В том смысле, что они с мужем Канье Уэстом теперь очень скромно отмечают праздники — «просто наслаждаются друг другом». Да и своих детей — дочку Норт и сына Сэйнта — презентами не балуют. «Чтобы выросли нормальными, интеллигентными».

Топ, Atsuko Kudo.

Ким практически с гордостью поведала историю о том, как очередную годовщину свадьбы они пошли отмечать в IHOP (американская сеть недорогих кафе с фирменными блинчиками. — Прим. ред.). Такое стремление к размеренной и, страшно сказать, скромной жизни появилось у Ким после того самого ограбления в Париже, когда к ней приставили пистолет и обчистили номер, украв украшений на приличную сумму. «Я почему-то боялась этой поездки. Боялась террористов. Первый раз в жизни испытывала такой страх, — вспоминала Ким. — И Норт, видя, как я боюсь, собрала мне в дорогу сундучок с «сокровищами» — детской пластмассовой бижутерией. Она вручила мне его со словами «мамочка, они будут оберегать тебя в Париже». И я поняла, что это важнее любых бриллиантов».

«Cоциальные сети изменили мир вообще, а индустрию красоты перевернули с ног на голову. И мне это только на руку».

Все это — про подарки, детей и тревоги — она рассказывала мне за завтраком. Из-за обилия хрусталя в декоре отеля Baccarat мне казалось, что мы сидим внутри огромного дорогущего торшера. Нас окружали европейские бизнесмены, выписывающие чеки на полсотни долларов за простой завтрак с французскими тостами. И в этой сюрреалистичной обстановке, хотя Ким сидела передо мной без грамма косметики на лице (чертова маска!), в серой ретротолстовке и «трениках», у меня было полное ощущение, что я разговариваю с королевой. Если хотите, королевой новой Америки. Владычицей инстаграма, императрицей реалити, царицей трендов. Правительницей Калабасаса, в конце концов. Если вы не знали, этот район Лос-Анджелеса — практически Олимп нашего времени, ведь в Калабасасе живут Уилл Смит, Джастин Бибер, Осборны и прочие божества. И, по моему скромному мнению, Ким и среди них годится в божества ­верховные.

Платье, House of Harlot; кольца, собственность Ким. На странице слева: серьги, Elizabeth Locke.

Но давайте поговорим о действительно важном. Что Ким заказала на завтрак? Омлет с помидорами, луком и грибами, маффин и английский чай с медом. «И даже маффин съела?» — спросите вы. Конечно, нет. «Я никогда не была такой худой, как сейчас», — говорит Ким, попивая свой чаек­. Как вы худеете, если вы Ким Кардашьян? Так же, как вы делаете вообще все, — через инстаграм. Открываете приложение, находите «классную бодибилдершу» и пишете ей в директ. Желательно, чтобы эта девушка­ «показала изумительную трансформацию после рождения ребенка». В итоге вы с ней становитесь лучшими подружками и тренируетесь по полтора часа в день. От худобы мы перешли к обнаженке — оказалось, публицист Ким перед каждой съемкой говорит ей: «Только не раздевайся!» (видимо, она не слушается, иначе не было бы обнаженных съемок для GQ, Playboy, Paper и W). Ким легко рассуждает о возрасте, когда уже нельзя обнажаться («Ну, лет через десять, хотя черт его знает, почему бы и нет»). Так же легко она признает, что один из тюбиков ее бьюти-бренда KKW Beauty похож на мужской орган. На недавнем ток-шоу она сделала это со словами: «Я не сразу заметила, потому что у меня не было таких белых». И сразу становится понятно, что в ней «не так»: она слишком расслабленна. Вообще. Всегда. Как будто вот это все — сто с лишним миллионов подписчиков, безумные рейтинги, вечные папарацци — это норма. Хотя какая еще норма может быть у королевы.

реклама
AD