Практика

Как редактор Glamour впервые решилась на филлеры

Личный опыт нашего редактора.

реклама
AD

Елизавета Кочубеева, продюсер видео-отдела, 37 лет

Я работаю в глянце 15 лет: застала красивое старение большинства знаменитостей — кумиров моего поколения. Мне 37 лет, и я никогда не делала инъекции молодости. Лет до 35 даже не думала, что это мне нужно. Потом у меня стали появляться небольшие заломы на лбу — и я задумалась о ботоксе. Но каждый раз, записываясь на инъекцию, я позорно сбегала, отменив все в последний момент.

Не то чтобы мне было очень страшно (я понимала, что в этом нет ничего такого, ботокс колют даже детям по определенным показаниям). Мне казалось, что можно еще походить так или что у меня появятся вот эти удивленные бровки «домиком» и что уж я-то точно смогу стареть красиво без каких-либо вмешательств.

Но в этом году ситуация ухудшилась: мешки под глазами и темные круги больше не скрывались консилером, а брови стали заметно нависать. Я стала изучать и пробовать различные неинвазивные процедуры. Они, конечно, улучшали качество кожи, но нужного эффекта не давали. А я уже совершенно четко понимала, каким именно он должен быть. Я хотела немного приподнять брови, смягчить заломы в межбровной области и на лбу, немного разгладить носогубные складки. Это был мой запрос в космос.

Каждый врач-косметолог, с которым я заводила разговор об инъекциях, говорил мне: пора! Пора ботокс в лоб, пора филлеры в носогубки, носослезки и щеки — пока не поздно. Я сразу вспоминала маму Стифлера из «Американского пирога», и запал пропадал.

Каждый раз, записываясь на инъекцию, я позорно сбегала, отменив все в последний момент.

Я помню, как консультировалась по поводу купероза с главным врачом клиники лазерной косметологии «Линлайн» Натальей Сергеевной. В процессе общения я закинула пробный шар: было интересно, что этот доктор скажет по поводу инъекций. В целом, ее ответ был примерно таким же, как и у других. Но она объяснила мне, что и почему.

Например, под глазами у меня начинали образовываться грыжи, и дальше исправить ситуацию с мешками и темными кругами мне поможет только блефаропластика. Процедура, может быть, не такая уж и сложная, но недешевая, к тому же это операция под наркозом. Избежать такого финала помогают своевременные инъекции филлеров в носослезную борозду. Словом, пока мне удаляли купероз, я только и думала, что о нашем разговоре. И спустя какое-то время решилась.

Спустя две недели после того разговора я записалась на прием и решила, что на этот раз не сбегу. И не сбежала. Наталья Сергеевна предложила мне еще подколоть филлерами уголки рта и губы — это заметно освежает лицо и скрывает возрастные изменения.

Сначала мы приступили к ботоксу. Наталья Сергеевна сделала несколько уколов в лоб, межбровку и в районе висков. Все происходило очень быстро и совсем не больно, никаких посторонних ощущений у меня не было. Я отправилась домой дожидаться эффекта. Через пару дней мне стали делать комплименты коллеги, хотя существенно ничего не изменилось. Брови приподнялись максимум на миллиметр, мимика была прежней, но складки были меньше. Мне очень нравилось, как я выгляжу.

Через две недели настал черед филлеров. Мне нанесли обезболивающий крем, и пока он начинал действовать, мы с доктором обсуждали процедуру.

Колоть филлеры в носослезки можно только атравматичной иглой-канюлей, так как там находятся важные нервы — их повреждение грозит инвалидностью.

Через 10 минут, когда крем подействовал, обычной иглой врач сделала прокол где-то в районе скулы, а потом вводила препарат уже канюлей. Я ничего не чувствовала, поэтому сложно сказать, в какие именно точки она его ввела. Но мне тут же дали зеркало, и я была поражена разницей. Скула приподнялась вовсем немного, но носогубная складка стала значительно меньше. Правая сторона моего лица ничуть не изменилась, в ней не было какого-то нового рельефа, но выглядела она при этом лет на 5 моложе левой. Вскоре и левая сторона омолодилась. Остаток препарата мы решили пустить на губы, хотя я искренне не понимала зачем. У меня практически полностью отсутствует верхняя губа, таково строение лица.

Но после нескольких минут уколов я скинула, кажется, еще лет 5. Я не верила своим глазам. Мне это казалось волшебством. Я и правда помолодела! При этом никаких следов вмешательства не было видно. Все было максимально естественно, просто чуть лучше, чем было.

Сейчас я уже хорошо понимаю, что красивое старение — это труд, труд профессионального косметолога, который слушает и слышит, что нужно пациенту, принимает во внимание его особенности и стиль.

Я смотрю на свое лицо с удовольствием, я прекрасно выгляжу, как будто высыпаюсь и бываю на свежем воздухе, хотя на самом деле нет. И еще я снова купила помаду, как в 25.

30 января 2020

реклама
AD