Практика

Сексуальное чтиво: как одежда влияет на сексуальность

Журналист, писатель, модница и бонвиван Арина Холина рассуждает о том, что значит одежда в сексуальной жизни девушки.

реклама
AD

"Основной инстинкт", 1992 год: Детектив и подозреваемая страстно охотятся друг за другом, сливаясь наконец в экстазе. Шэрон Стоун и Майкл Дуглас – главный секс-дуэт 1990-х.

Мы с друзьями спускаемся по одной из улиц Лиссабона в районе Байру-Альту – самом клубном и барном месте города. Внизу нас ждет ошеломительное зрелище – пять или шесть девиц, все в очень коротких облегающих платьях и на таких каблуках, что у меня появляются сомнения – эти девушки настоящие или роботы? Потому что Байру-Альту идет вверх и вниз и там мелкая брусчатка, по которой даже на символическом каблуке идти непросто. 
– Американки, – говорит мой приятель. Он сам из Бостона.
– Не может быть, – отвечаю я.
– Я точно говорю, – настаивает он. – Весь Бостон в выходные так выглядит.
Мы прошли мимо – и девушки правда оказались американками. 
В это время у меня в голове разорвались все стереотипы, немного меня ­контузив. Почему-то я и вообразить не могла, что обычные американские студентки в пятницу вечером одеваются примерно так же, как сомнительные девицы в московском клубе «Сохо». 
В Европе я уже давно не видела, чтобы девушки ходили по клубам на шпильках. Не говоря уже о таких нарядных платьях, в которых разве что на свадьбу. Девушки были настолько гламурные и волосы у них были такие блестящие и ухоженные, что это зрелище ослепляло, как фотовспышка. 
Понятно, в любом племени свои правила, что красиво и что сексуально. Но есть и общий вопрос: «Как выглядит женщина, если хочет быть сексуальной и нравиться мужчинам?» Сексуальность внутренняя и внешняя – как они связаны между собой? 

"Горькая луна", 1992 год: Режиссер Роман Полански немного садомазохист. И дал главную роль секс-стервы своей молодой красотке-жене Эмманюэль Сенье.

  • Фальшивый секс
Я сижу с приятельницей, которая выглядит так, что ее можно немедленно снимать для обложки любого журнала. У нее длинные блестящие волосы, которые она умеет ловким движением перебрасывать с одной стороны на другую (уверена, такому движению специально учат – есть какие-то тайные курсы). Она одета в белую рубашку и короткие черные шорты, а на ногах высоченные каблуки. 
Она жалуется, что мужчины все время предлагают ей секс за деньги. Видимо, она выглядит так, что с ней хочется заняться сексом. Но при этом ее почему-то принимают за эскорт. Хотя она совсем не такая. Мало того, последний раз секс у нее был так давно, что уже не считается. Я слушаю знако­мую – и мне кажется, что она хочет выдать желаемое за действительное. Показную сексуальность за настоящую. 
Хотя иногда, конечно, такое работает – с определенными мужчинами. Если девушка выглядит как модель Playboy, то некоторым мужчинам совсем не важно, любит она секс или нет. Она просто их возбуждает – и они готовы этим воспользоваться. Для женщины это вроде бы и лестно, но с другой стороны – унизительно: получается, что твои собственные желания не имеют значения, что все твои действия только для мужчины. 
Обычно такие девушки больше хотят замуж, чем секса, но при этом им кто-то рассказал, что если они будут вызывающе сексуальны, то шансы найти мужа увеличатся. В большинстве случаев это не так. 

"Девять с половиной недель", 1985 год: Микки Рурк, еще красавчик, и Ким Бэсингер, лучшее тело 1980-х, вытворяют в Нью-Йорке такое, что странно, как город выстоял.

  • Камуфляж для целибата
С другой стороны, небрежность в одежде далеко не всегда говорит об уверенности в себе и о сексуальности, которая не нуждается в доказа­тельствах. 
Мы общаемся с подругой, у которой секса не было два года. Два. Года. Конечно, она не похожа на старую деву, но ее ужасно хочется переодеть. Прямо сейчас сорвать с нее все тряпки и сжечь. Потому что сложно представить, что может больше испортить ее прекрасную и соблазнительную фигуру. Она использует самый нелепый набор одежды, которая скрывает то, что не надо, увеличивает там, где это лишнее, а в общем и целом превращает ­красивую девушку в сугроб. 
Я понимаю, что в каком-то смысле это ее защита. Ей теоретически хочется и секса, и любви, но она прячется от этого, откладывает на завтра. 
Отношения – это все-таки работа. Они отнимают время, они заполняют мысли. И заставляют себя оценивать, а иногда делать это очень сложно и неприятно. Человек может быть не готов. И тогда он, конечно, ­прячется за одеждой. Старается немного себя изуродовать. 
Одежда – это паспорт. Из документа таможенные офицеры узнают, как нас зовут, сколько нам лет, сколько дней мы были в Шенгенской зоне. А по одежде можно прочитать, как человек к себе относится, насколько он тщеславен, сексуален и есть ли у него чувство юмора. 

Чтобы быть сексуальной, не обязательно показывать грудь, ноги, руки, бедра. Но если человек прекрасно выглядит, но при этом словно намеренно неэротичен, это значит, что в нем бурлят подавленные желания.

  • Игра в прятки
Есть женщины, которые прекрасно одеваются. Они ухоженные, модные, у них стильные прически. Видно, что своей внешности они уделяют много внимания. Но на них будто написано – смотреть, не трогать. 
Очень часто хороший вкус и высокие требования к себе не позволяют женщинам выглядеть вульгарно. Но иногда одежда бывает компенсацией каких-то комплексов. Можно ведь быть красивой и стильной, но при этом несексуальной. И очень редко это естественное решение – обычно это продукт ума и внутренних тревог. 
Чтобы быть сексуальной, не обязательно показывать грудь, ноги, руки, бедра. Но если человек прекрасно выглядит, но при этом словно намеренно неэротичен, это значит, что в нем бурлят подавленные желания. 
В еще одной моей знакомой все немного слишком – слишком короткая челка, слишком мешковатые платья, слишком странные сапоги. Вроде бы она приятная и модная, но эта чрезмерность делает ее нелепой. У нее есть личная жизнь, но проблемная: она все время придумывает себе каких-то страдальцев, которые еще и уходят от нее к другим женщинам, а потом возвращаются и рассказывают, почему именно ушли, чего им не хватало, опять страдают, опять уходят... 

"Афера Томаса Крауна", 1999 год: Герои Пирса Броснана и Рене Руссо любят импрессионистов, а в результате и друг друга. Секс как искусство и наоборот.

С помощью одежды такие девушки поднимают свою самооценку – но, конечно, обесценивают сексуальность. Потому что, если бы секс был для них важен, они бы и не связывались с мужчинами, которые могут запросто уйти к другой женщине со словами «Мне скучно с тобой в постели». 
Не важно, одевается ли женщина в ЦУМе или на сайте Asos. И не важно, какую моду она исповедует – ту, что из глянцевых журналов, или ту, что принята в ее культурной или этнической среде. Все эти коды работают для любого стиля, любого общества. Это же не мода сама по себе, это психология. Хотя и мода, и сексуальность, и жизненная позиция, конечно, объединяют людей. Есть же инстаграмы блондинок с губами, верховными жрицами которых можно назвать жен футболистов. Тут шубы, женственные платья, длинные волосы, каблуки, полные губы, пышные ресницы. И есть ресурсы для хипстеров, где девушки любят все мешковатое, необычное, геометрическое, а каблуки покупают разве что из любви к искусству – ставят их на полку и никогда не носят. При этом женщин из обеих групп разные люди могут назвать и вызывающе антисексуальными, и, наоборот, невероятно привлекательными. В зависимости от критериев поиска. 
Но хоть внешние раздражители отлично работают, они все-таки не заменяют сексуальности, которая основана на искренней любви к сексу. 

"Соблазн", 2001 год: Анджелина Джоли и Антонио Бандерас на одной съемочной площадке — и в одной постели – зрелище не для слабонервных.

  • Объект желания
У меня есть подруга, которая никогда не упустит возможность показать свое тело. Она исполняет это культурно, но ее футболки или свитера обязательно будут короче, чем надо, – чтобы виден был живот. Идеальный, чего уж там: она много занимается спортом. Она не ищет мужчин – у нее прекрасные долгие отношения. Но даже если ты не в поиске, то это не повод скрывать себя. Мы все любим производить на других впечатление. Моя подруга любит быть сексуальной. Для нее это выражается и в любви к определенному мужчине, и в любви к самой себе. 
Секс – это не только процесс, это и отношения со своим телом. Если ты уважаешь свои желания, понимаешь их, то будешь и себя оценивать позитивно. Особенно если еще и работаешь над собой. 
Причем эта самая работа не означает изнурительные диеты или жизнь в спортивном зале. Чтобы нравиться себе, вовсе не обязательно быть идеальной. Как показывает опыт, спокойствие, свежий воздух, моцион, вечеринки и более-менее регулярный секс помогают оставаться в форме. Ведь это почти то, что называется ­полной жизнью. 

"С широко закрытыми глазами", 1999 год: Том Круз и Николь Кидман в объективе Стэнли Кубрика исполнили роль супружеской пары, переживающей не лучшие времена.

  • Депрессия от радости
Но бывают случаи, когда и жизнь у человека активная, интересная, и сам этот человек в себе уверен, но почему-то вдруг внешность уходит на второй план. Собственно, это то, что называется «распуститься». 
Иногда все бывает так хорошо, что вроде бы уже никому ничего не надо доказывать – и самой себе тоже. Такие женщины обычно прилично одеты: каждая вещь по отдельности приятная и качественная. Но они всегда выглядят немного так, словно забыли, что ребенка надо забрать из школы, – и выскочили в последнее мгновение, только что не надев разные сапоги. 
Есть модный небрежный образ, но эта небрежность тщательно отработана. А есть расхлябанность, которую человек приобретает не сразу, а постепенно – и ему трудно ее отследить. Сегодня волосы кое-как затянула в тугой узел, завтра не заметила, что штаны стали малы на размер. Если человек пренебрегает собой – даже от большого счастья в жизни, – это всегда выглядит не очень-то привлекательно. Если человек теряет желание нравиться – это тоже своеобразная депрессия. Даже при всех видимых признаках благополучия. 

Иногда одежда бывает компенсацией каких-то комплексов. Можно ведь быть красивой и стильной, но при этом несексуальной.

Я очень люблю датчанок. Датчан, конечно, тоже. Это очень красивая нация. И не только красивая от природы – они еще и очень следят за собой, они в массе стильные. Причем это не показательный шик, как у итальянцев, и не богемная и очень сексуальная небрежность, как у испанцев. Ну и не классика и чудачества, как у англичан (что тоже здорово). Датчане создают стиль из обычных и очень утилитарных вещей. Из дождевиков, деревенских свитеров, резиновых сапог и огромных шарфов. В клубы девушки не наряжаются: у них это, во-первых, не принято, а во-вторых, в Дании мужчин больше, чем женщин. Но последнее даже не так важно – женщин это не расслабляет. Никто не носит шубы так, как датчанки. Может быть, шведки, но не все. Никто не носит безразмерные свитера так, как датчанки. Никто не умеет так небрежно и элегантно закручивать волосы (чтобы их не разметало ветром, который тут все время). 
Один мой друг был так поражен красотой датских девушек, что пролепетал самую нелепую фразу на свете: «Они вот такие... едут на велосипедах... и выглядят как из журнала... и не собираются замуж за миллионера...»
Да, он правда не мог понять, как они едут в дождь и ветер на велосипеде и на них нечто похожее на плащ-палатку, и такие бабушкины рейтузы, и какие-то боты неопределенной формы – а они все равно невероятно красивы, сексуальны, но при этом все это никому не продают. В их красоте и сексуальности нет ничего утилитарного: они так выглядят ради себя, потому что им хочется и потому что это уже привычка. 
Только все это вместе делает человека и красивым, и сексуальным. Одежда лишь как лак, который защищает масляные краски. Но не надо забывать, что без этого лака изображение теряет цвет и яркость.

реклама
AD